«Аль-Каида» вновь присматривается к Кавказу

В последнее время на юге России отмечен всплеск активности иностранных исламистов



Дмитрий НЕЧИТАЙЛО, кандидат политических наук

Интерес к Северному Кавказу со стороны иностранных исламистских группировок не ослаб. Об этом свидетельствует информация о присутствии зарубежных моджахедов в регионе. К примеру, в прошлом году в Ингушетии был уничтожен представитель «Аль-Каиды» иорданец Халед Юсуф Мухаммад. Ряд иорданских газет и исламистских сайтов в начале осени с.г. раскрыли подробности пребывания в Чечне и гибели 24-летнего студента из Иордании Анаса Кадира. Спустя несколько дней после публикации о Кадире газеты сообщили о гибели в Чечне другого иорданца по фамилии Аммар. О нем говорится как о «полевом командире» иорданского происхождения, который был одним из девяти бойцов, убитых во время боестолкновений в районе Ведено.

Начиная с 2007 года в связи с неудачами «Аль-Каиды» в Ираке, а также усилением радикализма в рядах экстремистов на самом Северном Кавказе интернет-ресурсы, обслуживающие интересы международных исламистских движений, стали все больше внимания уделять горским республикам юга России. Радикальные сайты распространяют материалы с критикой мусульман за то, что они «забыли» Чечню, открывают разделы, посвященные джихаду в этом регионе, включая фетвы, видео и статьи об «Исламском Эмирате Кавказа» и его лидере Доку Умарове. Наиболее популярные сайты — «Минбар аль-Джихад ва-т-Тавхид» под руководством известного салафитского идеолога Абу Мухаммада аль-Макдиси, «духовного отца» бывшего лидера «Аль-Каиды» в Ираке аз-Заркауи, а также влиятельный интернет-форум «Аль-Фалуджа» — начали публиковать материалы с призывами к джихаду и помощи «братьям по вере» Северного Кавказа на русском языке, ориентируясь на молодежь республик этого региона. При этом военные действия здесь приравниваются по своей значимости к Афганистану и Ираку.

Второй человек в «Аль-Каиде» Айман аз-Завахири в своей книге «Рыцари под знаменем Пророка» пишет, что чеченский конфликт может стать стратегической точкой движения всемирного джихада. Если чеченские моджахеды, а также воины ислама других кавказских республик достигнут богатых нефтью берегов Каспийского моря, только нейтральное государство Туркменистан будет отделять их от Афганистана. Это создаст «исламский пояс» на юге России, который будет связан на востоке с Пакистаном, переполненном различными движениями моджахедов в Кашмире. На юге этот пояс будет связан с Ираном и Турцией, симпатизирующими мусульманам Центральной Азии. Все это позволит сломать кордон, отделяющий мусульманский Кавказ, и даст возможность соединить его с остальным исламским миром. Более того, «освобождение» мусульманского Кавказа повлечет за собой развал России и поможет активизировать движение джихада в Узбекистане и Таджикистане, чьи правительства получают помощь от России в борьбе против моджахедов.

Свидетельством продолжающихся попыток привязать кавказские группировки к глобальному движению джихада может считаться обмен письмами между вышеупомянутым Абу Мухаммадом аль-Макдиси и в прошлом лидером «Джамаата Ярмук» в Кабардино-Балкарии Анзором Астемировым (Сейфуллой). Сейфулла спрашивал у иорданского наставника, разрешается ли мусульманам с точки зрения шариата участвовать в Олимпийских играх 2014 года в Сочи — «городе, который прежде являлся родиной мусульман-черкесов, изгнанных российскими императорскими войсками в XIX веке». Аль-Макдиси отвечает, что это запрещено. Начиная с 2009 года он через интернет-ресурсы «Аль-Каиды» активно призывает к поддержке моджахедов Северного Кавказа.

Привлекательность для «Аль-Каиды» Северо-Кавказского региона объясняется складывающейся в национальных республиках ситуацией, а также изменением тактики всемирного движения джихада. Экстремисты ставят перед собой задачу спровоцировать хаос, максимально уменьшить доверие населения к центральной власти и продемонстрировать свои боевые возможности.

Достаточно обратить внимание на теракты в Дагестане, Чечне, Ингушетии. Несмотря на то что в них гибнут простые граждане, они главным образом направлены именно против силовых структур и представителей власти. В этом контексте недавний взрыв во Владикавказе был ориентирован прежде всего на подрыв доверия к руководству республики и провоцирование столкновений между осетинами и ингушами. Его направленность против мирных жителей объясняется тем, что Северная Осетия не является основной зоной проведения диверсионных операций радикалов, нет опасений кровной мести, здесь также у исламистов отсутствует необходимость в отличие от Кабардино-Балкарии, Ингушетии, Дагестана заручиться поддержкой местного населения.

Современные идеологи всемирного джихада активно призывают своих сторонников уделять серьезное внимание именно этой составляющей — демонстрации слабости официальных властей. Нередки случаи, как, например, в Ираке, когда «Аль-Каида» терактами провоцировала столкновения между местными кланами, структурами безопасности и общинами, чтобы отвлечь силы противника и получить передышку. Перечисленные действия именуются в исламистской литературе «асимметричным террором». Этот термин был введен идеологом «Аль-Каиды» Луисом Атыялла.

Разница между деятельностью «Аль-Каиды» на Северном Кавказе, в Ираке, Афганистане в 90-е годы и сейчас в том, что террористы отказались от насильственного внедрения норм «чистого ислама» в традиционное общество, которое не приемлет установок салафизма.
В «зоне племен» на территории Афганистана и Пакистана (судя по сообщениям медиаресурсов, обслуживающих интересы международных исламистских структур) под эгидой «Аль-Каиды» сформированы группировки, состоящие из выходцев с северокавказских республик, прошедших здесь суровую школу в боях против коалиционных сил и местных силовых структур. Цель этих групп — проведение операций именно на юге России. Автор не исключает, что часть так называемых возвращенцев уже ведет борьбу в указанном регионе. Идейные установки этих организаций полностью отвечают программной линии «Аль-Каиды», и они поддерживают связь с международным движением джихада.


Рассказать о статье


Вернуться к списку материалов